Среда, Сентябрь 20, 2017
   
Text Size

               Успешные от неуспешных, счастливые от несчастливых,   богатые от бедных, здоровые от больных отличаются лишь одним–

МЫШЛЕНИЕМ.

            Именно оно помогает им выбрать правильный путь, правильные методы и действия, приводящие к желаемой цели.

Из статьи "5 ОСНОВНЫХ ПРИНЦИПОВ успешности Ароматерапии в вашей жизни"

ЗВУК 2: РЕКА ПО ИМЕНИ ЖЕНЩИНА

ремонтненский район ростовской области
строительная компания стройремкомпани.

Родительская категория: МОИ ЗВУКИ Категория: МОИ ЗВУКИ

images

Она шла босыми ногами по крутому берегу реки Горыни. Не торопясь, расслаблено, спокойно, величаво, ровно держа спину и высоко подняв голову. 

Тёплый июльский ветер быстро и старательно осушал капли речной воды на её загорелой коже. Вода стекала с длинных распущенных волос и ручейками разбегалась по её спине и пышным обнажённым ягодицам. С каждым её шагом с небольшого островка волос на её лобке блестящие капли слетали на землю.

 Она шла, наслаждаясь своей наготой. Её груди, до сих пор похожие на два небольших, задорных, вскинувших свои курносые носы кверху, лимончика, вскормившие четырёх младенцев, и на удивление, прекрасно сохранившие свою форму, мерно покачивались в такт её шагов.

Стройное тело, с возрастом уже начавшее приобретать сочность и округлость женской зрелости, охотно отпускало из себя прохладу реки и с наслаждением впитывало солнечное тепло. Её небольшой округлый живот, в предназначенное  время  благословенный и оплодотворённый, выносил, взрастил, сберёг и выпустил в мир четверых прекрасных и здоровых детей. Её влажные роскошные бёдра, колышущиеся от ходьбы, надёжно скрывали между собой никем и никогда до конца не познанное, и до конца никем и никогда не покорённое, женское лоно.

 Она шла по заросшему травой и ромашками берегу реки уверенно, основательно, плотно прижимаясь ступнями к земле, как хозяйка, как богиня плодородия, дающая и дарящая изобилие и жизнь.

 Они повздорили, как это часто бывает в любой семье. Что-то не заладилось, слово за слово, да не в ту минуту, да в не подходящий момент, что-то не к месту вспомнилось,  вспыхнули слишком яркие эмоции, и нате вам, пожалуйста, как гроза в мае, вдруг из ниоткуда, почти из ничего разразилась настоящая семейная ссора. А в такие моменты почему-то вспоминается всё только плохое и обидное.  Наговорили друг другу всякой не нужной ерунды, совершенно лишних слов, и, в конце концов, оба друг на друга обиделись.

 - Ну, сколько можно, - думала Она, - снова и снова одно и то же. Сколько я могу терпеть, сколько уступать? Это с его стороны несправедливо. Ведь я всё для него, а Он! Когда-нибудь это должно прекратиться? Почему я должна всё это терпеть? И так уже почти двадцать пять лет! Что, на нём свет клином сошелся? Я что, не найду себе никого другого?

 - Ну, сколько можно, - думал Он, - снова и снова одно и то же. Сколько я могу терпеть, сколько уступать? Это с её стороны несправедливо. Ведь я всё для неё, а Она! Когда-нибудь это должно прекратиться? Почему я должен всё это терпеть? И так уже почти двадцать пять лет! Что, на неё свет клином сошёлся? Я что, не найду себе никого другого?

 Но, уже отъехали далеко от дома. Жаркий июль звал на природу и обещал приятные наслаждения, прохладная река ждала в свои объятия. Возвращаться не стали. Повздорили, оба надулись, обиделись, замолчали, но, по молчаливому согласию продолжили свой путь.

 Приехали на любимое место. Она, чувствуя в груди холодную пустоту, как будто между рёбер кто-то грубо вставил огромную трубу, выкачал всё тепло и накачал туда ледяной сквозняк,  вышла из машины, молча, но громко хлопнула дверцей, и стремительно пошла прочь по направлению к реке.

 Он, потерявший всякое желание купаться и отдыхать на природе, снял руки с руля, откинулся на спинку водительского кресла, умостил разболевшуюся от скакнувшего вверх давления голову на подголовник, и закрыл глаза.

 Она дошла до обрыва над рекой, села на землю, свесив вниз ноги, и попыталась успокоиться. Вода в реке зазывающе подмигивала ей солнечными бликами, то тут, то там слышались всплески играющей рыбы, высоко в небе старательно заливался песней жаворонок.

 И купальник, и полотенце остались в машине, возвращаться туда категорически не хотелось. Она посмотрела вокруг. Вдалеке паслось стадо коров и приглушённо слышались голоса пастухов. Насколько хватало глаз, рыбаков и отдыхающих видно не было. А река звала.

 - Ну и ладно, - подумала Она, - ведь не девочка уже, чтобы стесняться и комплексовать. Даже если нечаянно заметит кто-нибудь, пусть будет ему за счастье. Может, увидит что-то такое, чего видеть не доводилось.

 Эта мысль её рассмешила, Она сняла с себя всю одежду, сложила её на краю обрыва, и осторожно спустилась по почти отвесному склону к воде. Немного постояв, пока ноги привыкли к прохладе, она еще раз посмотрела вокруг, как будто стирая все неловкости и гармонично вписывая свое обнаженное тело в окружающий пейзаж, сделала еще два шага и с головой, «щучкой» ушла под воду.

 Река нежно и заботливо приняла её в свои объятия, сразу охладив тело и вытеснив из груди неприятный ледяной сквозняк. Буквально через несколько мгновений кожа адаптировалась, и речная прохлада стала приносить удовольствие.

 Было непривычно, но приятно ощущать нежность воды теми частями тела, которые обычно принято прикрывать кусочками ткани. Вода ласкала неприкрытые соски, её потоки дарили необычные ощущения между ногами. А душа до краёв наполнилась ощущением чего-то настоящего, естественного, волнующего и радостного, но давным-давно по чьей-то недоброй воле забытого, зажатого, запрещённого, исковерканного и покорёженного.

 Она плавала свободно, с восторгом и наслаждением, как выпущенный на волю в открытое море, дельфин. Ныряла, проплывала под водой, сколько хватало дыхания, трижды переплыла реку туда и обратно, плавала и по течению и против него, и кролем, и брассом, и на спине, и по-лягушачьи, крутилась вокруг своей оси, снова ныряла, по-детски высоко выпрыгивала из воды, если ловила ногами дно, хлопала ладошками по поверхности, запуская мощные брызги в разные стороны, и радовалась, как ребёнок, совершенно забыв о своей наготе и недавно состоявшейся бессмысленной ссоре.

 И, конечно же, напрочь забыв о том, что Она – серьезная мать солидного семейства, что у неё есть какой-то там статус, возраст, какие-то несовершенства и изъяны её зрелого женского тела.

 Наплескавшись и наплававшись вдоволь, Она лягла на воду, расслабившись и доверившись реке, и позволила той, нежно и осторожно покачивая её тело, как мать убаюкивает своё малое дитя, понести его дальше по течению.

 Она лежала совершенно спокойно и свободно, не опускаясь под воду, как будто плывя на каком-то невидимом плоту. Чтобы оставаться на поверхности, ей не нужно было прилагать абсолютно никаких усилий. Над водой выступало её лицо, соски, округлость живота, немного бёдра и пальцы ног. Она посмотрела в бездонное чистое пронзительно-голубое небо, закрыла глаза и полностью отдалась на волю течению.

 Река своей природой похожа на Женщину. А Женщина похожа на реку. И та, и другая, в зависимости от своей глубины, иногда может казаться спокойной и безмятежной, познанной и предсказуемой.

 Но, никто не имеет ни малейшего представления, сколько глубоких омутов и опасных водоворотов на самом деле скрывает эта поверхностная безмятежность. Никто и никогда не познал тайны этой глубины до самого дна.

 Только очень внимательный наблюдатель или опытный знаток может заметить неприметные почти завихрения на воде или необычное нелогичное обратное течение, которое в своих глубинах может таить смертельно опасные ловушки.

 Река несла её по течению бережно, нежно, по-матерински. Она слилась с рекой, доверилась ей, растворилась в ней, стала единым, неразделимым целым, смешалась потоками, обменялась водоворотами. Она любила эту реку, а река любила ее.

  Мысли и чувства растворились и исчезли. Осталась только свобода. Свобода полная, безграничная, никем не контролируемая и ни от кого не зависящая, реальная, опьяняющая, вдохновляющая, дающая новые свежие силы для жизни.

 Горынь – река непредсказуемая, опасная, капризная, коварная, с характером, простакам не по зубам. Она на своем пути имеет множество извилин и крутых поворотов. Один берег у неё всегда пологий и удобный, другой – высокий, крутой, неприступный. И эти берега постоянно меняются местами. И никогда не знаешь, какой именно ждёт тебя за очередным зигзагом, сколько еще придётся плыть, чтобы найти возможность выбраться на берег.

 А еще можно плыть, плыть, плыть, а река всё время вертится, извивается, петляет. Ты плыл вроде бы и долго, а на берег река отпустит тебя именно в том месте, где тебе нужно быть в конце своего пути. Сложная она, непонятная, нелогичная, как настоящая женщина.

 Она открыла глаза. Над ней по-прежнему было пронзительно-синее небо. Тело расслабилось, отдало все своё тепло, и понемногу стало замерзать. Она не имела ни малейшего представления, сколько времени прошло с тех пор, как Она зашла в воду, и как далеко унесло её течение.

 Найдя удобное место, Она выкарабкалась на высокий берег. Горячее солнце сразу же укутало её тело своими лучами. Она, чувствуя себя полностью обновлённой и успокоенной, огляделась вокруг, чтобы понять, куда идти. Как ни странно, их машина виднелась совсем не далеко, в километре-полтора. Видно, мудрая река действительно в этом месте сильно петляла, но не убегала далеко, убаюкивала и успокаивала, но, знала, куда ей нужно в конечном итоге.

 Она слегка отжала свои распущенные волосы, закинула их за спину, и не торопясь пошла вдоль берега по направлению к своей одежде. Понемногу всплыли воспоминания о недавней ссоре. Она, как ни старалась, не смогла вспомнить причину, в душе, омытой и обновлённой, остался только лёгкий след её бессмысленности.

 Она шла, чтобы сказать ему о своей любви. Ведь они вместе уже почти двадцать пять лет, сколько пройдено и пережито вместе,  сколько всего прекрасного принёс Он в её жизнь! Вот плохого почти и не вспомнить, всё только хорошее всплывает в памяти.

 Она шла к нему, наслаждаясь своей наготой. Её груди, до сих пор похожие на два небольших задорных, вскинувших свои курносые носы кверху, лимончика, вскормившие их четверых младенцев, и на удивление, прекрасно сохранившие свою форму, мерно покачивались в такт её шагов.

 …Он не знал, сколько просидел так, откинувшись на спинку водительского сидения. Не знал, сколько прошло времени. Жестокая боль в голове потихоньку утихла и отступила. Он открыл глаза. Да, больше не болело. Он мог смотреть свободно и без усилий. За это время солнце уже прошло зенит и понемногу стало клониться к закату, хотя светило еще достаточно ярко.

 - Сколько же прошло времени, как мы приехали? – Подумал Он. – Судя по солнцу, достаточно много. И где же Она? Не случилось ли чего? Зря я её обидел, не сдержался, наговорил всякого. Ведь мы вместе уже почти двадцать пять лет, сколько пройдено и пережито вместе, сколько всего прекрасного принесла Она в мою жизнь! Какие дети у нас замечательные! А я взял и ни за что её обидел. Какая бессмысленная ссора!

 Он вышел из машины и оглянулся вокруг.

 Вся в лучах яркого солнца к нему шла женщина. Не было видно ни лица, ни деталей фигуры. Был виден только её силуэт.

 Она шла не торопясь, расслаблено, спокойно, величаво, ровно держа спину и высоко подняв голову, неся на ней солнечный нимб. Шла уверенно, основательно, плотно прижимаясь ступнями к земле, как хозяйка, как богиня плодородия и изобилия, дающая и дарящая жизнь.

 Такие женские фигурки матерей-богинь с самых-самых древних времён создавали люди разных цивилизаций на всех континентах этой планеты. Их выбивали на камне, высекали из каменных глыб, ваяли из благородного мрамора, выливали в бронзе, лепили из глины. Им поклонялись, их почитали, их величали. И никто и никогда, ни в одной цивилизации, ни в какие времена не покорил и не познал до конца таинственную глубину дающего жизнь женского лона.

 Женщина приближалась. И вдруг Он увидел, что женщина абсолютно нагая и что Она – восхитительно прекрасна в своей наготе.

  И Он увидел, что это – Его женщина. И Он в очередной за почти двадцать пять лет супружества, но как будто в самый первый раз почувствовал и понял, что это – самая прекрасная женщина на земле.

 И что Он готов еще многие и многие годы терпеть и прощать любые её непонятности и нелогичности, её капризы и неожиданные повороты, её глубокие омуты и опасные водовороты, только бы она, такая божественная, восхитительно-прекрасная, со своими похожими на задорные лимончики грудями и роскошными пышными бёдрами, наливающимися с возрастом соком зрелости, оставалась в его жизни.

Потому что Он её любит больше всего на свете.

       Любит.

Любит.

Любит.

 1 августа 2017 года

Читать:

СНОВА ПРИГЛАШАЮ ВАС В СОАВТОРЫ

ЗВУК 1: ПАМ’ЯТАЙ, МОЯ ДИТИНО!

ЗВУК 3: БОРЩ ЯК СИМФОНІЯ

Если статья была для вас полезной и интересной, поделитесь ею в социальных сетях

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Комментарии  

 
Аліна
# Аліна 01.08.2017 12:33
Як завжди, неперевершено !!!!!
Ответить
 
 
Юлія
# Юлія 01.08.2017 16:55
Трепетно та сильно. Читається - як вода п'ється у спеку: легко та спрагло.
Ответить
 
 
Наталія Супрун
# Наталія Супрун 01.08.2017 19:16
Як гарно!!! Олю, бажаю Вам великих творчих успіхів!
Ответить
 
 
Наталія Себа
# Наталія Себа 01.08.2017 19:18
Гарно написала, по - жіночому, щиро і сексуально. Дякую!!!
Ответить
 

Фраза дня

  Если вы никогда

не вдыхали

НАСТОЯЩЕЕ

эфирное масло,

то, вероятно,

 не представляете,

 что может сделать его запах

 с вашим сознанием,

 телом и психикой…

  Ди Трачи Регула

Оплата онлайн обучения и консультаций

knopka3

Купить книгу

book1

 

Подписаться на рассылку новостей

Видео блог

videoblog

 

Последние комментарии

Яндекс.Метрика